Наши десятки превратятся в монетки

Никакой деноминации в нашей стране пока не будет, но без реформ все же не обойдется. Уже началась массовая замена десятирублевых купюр на монеты, которые скоро вытеснят привычные нам бумажки. Сами монеты тоже изменятся — их будут делать из новых, недорогих сплавов. А в нескольких регионах России появились банкноты на специальной бактерицидной бумаге — чтобы заразу не разносили. И, наконец, самое главное — цены в России могут «округлить», чтобы полностью вывести из оборота копейки. Обо всех этих «денежных реформах» обозревателю «Известий» Анне Калединой рассказал гендиректор Гознака Аркадий Трачук. вопрос: Наши читатели все еще интересуются — готовится ли деноминация? ответ: Лучше президента, по-моему, на этот вопрос никто не ответил. Все эти разговоры и слухи — полная чепуха. Необходимость в деноминации возникает тогда, когда существует реальное неудобство в обращении или нужно поднять престиж национальной валюты. Но любые соображения, которые можно было бы привести в пользу деноминации сегодня, отсутствуют. Поэтому нет и причин для того, чтобы устраивать эту сложную дорогостоящую процедуру. вопрос: Разве деноминация такая дорогая процедура? Вы ведь все равно печатаете деньги независимо от количества нулей… ответ: Нет, чтобы изменить весь денежный ряд, нужно примерно за год начать печатать новые купюры, продолжая при этом выпуск старых. Получается, что как минимум на протяжении года нужно изготавливать двойной, а по каким-то номиналам и тройной тираж. в: Так сколько все-таки стоят деньги? о: Я не могу называть стоимость российских банкнот. Могу лишь сориентировать. На международных тендерах стоимость 1000 банкнот средних и высоких номиналов составляет $80-90. В обращении находится более 6,7 млрд банкнот. Соответственно можно прикинуть необходимую сумму расходов на печать тиража в первый год (получается $603 млн. — «Известия»). «Мы монеты изготавливаем, а они… пропадают» в: Но в деноминации есть определенная логика. Кому нужны копеечные монеты? От них же одни убытки! о: Это справедливо. Мы монеты изготавливаем, передаем Центробанку, тот — в комбанки, они — в торговую сеть. А дальше они… пропадают. То есть в обращении они не участвуют. К тому же цены на металлы выросли. Именно поэтому Центробанк попросил нас подготовить предложения по удешевлению стоимости разменных денег. в: А как можно сделать монеты дешевле? о: Есть более 10 вариантов: это и использование более дешевых цветных металлов, и технологии, когда один слой металла наносят на другой, и т.д. Часть этих опытных работ мы выполняем на российских предприятиях, часть материалов заказали на зарубежных производствах. Думаю, что в течение ближайших двух месяцев мы эту работу завершим и направим предложения ЦБ. «Можно принять решение об округлении цен хотя бы до 10 копеек» в: Но копейки все равно придется чеканить. Может, все-таки нужна деноминация? о: Существуют значительно более простые способы. Можно, например, принять решение об округлении цен хотя бы до 10 копеек. Это решит проблему с самыми мелкими разменными монетами. в: Что для этого нужно? о: Это в компетенции правительства и других госорганов, которые назначают тарифы. Где у нас копейка востребована? В основном при расчетах за услуги жилищно-коммунального хозяйства. Если провести округление, то мы сэкономим уже на том, что мелкие монеты станут просто не нужны. в: Но одновременно это приведет к повышению тарифов. о: Приведет. И, видимо, из-за этого до сих пор такое решение не принято. Но в случае деноминации произойдет то же самое округление, только уже в большей степени. Поэтому даже с социальной точки зрения округление — это лучше, чем деноминация. в: А есть ли смысл делать из деноминации тайну? о: Если деноминация не преследует фискальных целей, то никакого смысла делать из нее тайну нет. Проблемы нет, и точка. Тот, кто придумал эту идею или сослался на опубликованные в интернете эскизы банкнот, или шутник, или провокатор. Но обновление банкнот рано или поздно произойдет. «Раз в 7 лет защитный комплекс банкнот должен пересматриваться» в: Когда? о: У всего есть свой цикл жизни. Наши банкноты остаются неизменными с 1997 года. в: По-моему они всех устраивают. Зачем их менять? о: Существуют рекомендации Интерпола, основанные на реалиях борьбы с фальшивомонетничеством. Примерно раз в 7 лет защитный комплекс банкнот (а внешний вид тоже является одним из защитных элементов), должен пересматриваться. Это делается для того, чтобы у мошенников было больше проблем, связанных с освоением новых признаков. о: Безусловно. Но рано или поздно потенциал такого рода изменений заканчивается. Пока мы совершенно спокойно смотрим в будущее, потому что в 2004 году провели очередную модификацию и пока она держит удар. Но укрепление рубля и ослабление доллара смещают акценты — рубли становятся все более привлекательными для фальшивомонетчиков. В любом случае к смене банкнот нужно относиться вполне естественно, как к замене марки автобуса, которым вы каждый день пользуетесь. в: Но людям сложно перебороть страхи, оставшиеся после денежных реформ. о: Именно поэтому хочу еще раз сказать, что такого рода действия совершают все центральные банки, когда жизненный цикл банкноты заканчивается. И если процесс проводится плавно и открыто, то никаких проблем не возникает. "Наш Центробанк проводит «политику чистых денег» в: А правда, что банкноты и монеты — чуть ли не самый большой источник заразы и что у Гознака есть разработки бактерицидной бумаги?в: Получат ли бактерицидные деньги широкое распространение и дороже ли они?в: Кстати, считается, что самые грязные деньги — десятирублевки. Но именно для них с точки зрения экономической целесообразности бактерицидная бумага — слишком дорогое удовольствие… о: С этими банкнотами — другая история. Пока это не бросается в глаза, но мы значительно увеличили производство десятирублевых монет, которые ЦБ активно выпускает в обращение. И если раньше их были единицы на миллион банкнот, то сейчас это десятки. Постепенно мы полностью заменим десятирублевые банкноты монетами. Это выгоднее, потому что срок жизни десятирублевой купюры 7-9 месяцев, а монеты — в 15 раз больше. в: Сейчас акции и банковские вклады приносят одни убытки, а золото устойчиво растет. Увеличился ли спрос на золотые монеты? о: Спрос на монеты растет каждый год. Когда я только начинал работать на Гознаке пять лет назад, мы выпускали 300 тысяч золотых монет. Сейчас — в три раза больше. Хотя во многом спрос на золотые монеты связан с изменением платежеспособности населения. Около 80% монет приобретаются в качестве подарков и только 20% — в инвестиционных целях. И не только монеты пользуются популярностью. Сейчас мы наблюдаем всплеск спроса на медали, корпоративные знаки отличия, жетоны. В каком-то смысле мы возвращаемся в те времена, когда для человека становится важным не только зарплата, но и моральные поощрения, и многие предприятия вводят такого рода награды. в: Любой человек может заказать такую медаль? о: Конечно. Заказывают даже килограммовые медали. Кто-то делает подарок на свадьбу, кто-то изображает на медали портрет руководителя. «Есть ли у вас биометрический паспорт или нет — значения не имеет» в: Мы не раз писали о проблемах с биометрическими загранпаспортами. Еще несколько лет назад вы говорили, что они будут выпускаться сотнями тысяч. Но при этом оказались сейчас в дефиците. Почему? о: Про дефицит нам ничего не известно. Каждый, кто хочет получить именно биометрический загранпаспорт, может это сделать. Если по месту его жительства уже организован пункт приема данных для получении загранпаспорта с электронным носителем информации. Ежедневно выдается примерно по 3 тысячи биометрических паспортов. Много это или мало? Конечно, немного относительно общего объема паспортов. Но цифра эта растет. В прошлом году выдано примерно 120 тысяч таких паспортов, в этом году — уже около 200 тысяч. За год эта цифра будет больше миллиона. В будущем сможем выйти на уровень 5 миллионов в год. Хочу успокоить тех, кто пока не имеет возможности получить биометрический паспорт. Загранпаспорта без биометрической страницы продолжают действовать, и вы совершенно спокойно можете пользоваться ими при поездках за границу. в: Но ведь многие страны вводят биометрические визы для тех, у кого нет таких паспортов. Если бы человек мог получить биометрический паспорт, то обошелся бы обычной визой. о: Большое заблуждение. С точки зрения возможности человека выехать за границу никакой разницы для обладателя биометрического паспорта и обычного нет. Если страна выдвигает какие-то свои требования по биометрии, например берет отпечатки пальцев, то они все равно эти отпечатки возьмут у себя и занесут в свой банк данных. Поэтому есть ли у вас биометрический паспорт или нет — значения не имеет. Вам все равно придется получать биометрическую визу по стандартам того государства, куда вы отправляетесь. Анна Каледина Источник: www.finiz.ru